Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

С другой стороны.


Наткнулся тут на текст Дмитрия Быкова: «...я помню, Лев Лосев (Лифшиц) спросил: «А что вы делаете рядом с этими монстрами из Достоевского?» И я не смог ему ответить на этот вопрос, я ответил, мол, изучаю материал для романа «ЖД», что и было исполнено. … Мы можем с ними спорить, говорить, а они хотят, чтобы нас просто не было. Они хотят просто нас уничтожить, вот и все. В этом и есть главная мировоззренческая разница. Я готов выяснять отношения с теми или иными людьми, я готов с ними договариваться, наводить мосты… Нам идеология нужна, чтобы создать картину мира, им идеология нужна, чтобы уничтожить всех, кто не они. Поэтому они очень охотно берут к себе любые национальные меньшинства, включая даже евреев, лишь бы эти евреи думали также.»

Впечатляет. На уровне "Никогда мы не будем братьями..." Но, в принципе, насильно мил не будешь, а быть «монстром из Достоевского» в каком-то смысле даже лестно. Да ещё монстром, который охотно общается с «...любые национальные меньшинства, включая даже евреев...» Такой себе монстр получается. Меня заинтересовало другое. Вот есть государство Израиль. И живут там те самые евреи. Очень разные. Одни идут в армию и воюют там с арабами (справедливо - несправедливо, сейчас не об этом) рискуя жизнью. Там всё серьёзно. И если люди готовы умереть, то они умирают за что-то. За какую-то картину мира, которая у них в голове есть. Есть там ортодоксы, они в армию не идут, но готовы с кулаками отстаивать свои ценности, свою картину мира. Есть своя картина мира у арабов. Есть она и у русских. По Быкову она выглядит так :"... они хотят, чтобы нас просто не было.....уничтожить всех, кто не они". Ну да пускай. Он поэт, он так видит.  А какая картина мира у Быкова и его сподвижников? А её нет. По его же словам. "...Нам идеология нужна, чтобы создать картину мира..."  То есть у меня, 53-летнего работяги, картина мира в голове как-то сложилась. Может убогая, но книжки какие-то читал, с людьми общался, да и собственный опыт какой-никакой,  а нажил. А у 53-летнего писателя, поэта, публициста, литературного критика, лауреата всевозможных премий - ничего. Живёт человек, а зачем, почему - не знает. Но так не бывает. Подросток, которого по жизни направляют гормоны, семья и классный руководитель, без мировоззрения обходится, не до того ему. Но в 53 то года....
Думаю, картина мира у него была, да и понимание того, кто он в этом мире тоже имелось. Выдающиеся личные способности помноженные на семейные связи, отодвигающие конкурентов ещё на дальних подступах, должны были дать замечательный результат. Об этом он узнал ещё в детстве, от мамы с папой и от дедушек-бабушек: "Сто путей - сто дорог любимый сынуля, твори, выдумывай, пробуй, а если что, свои люди помогут."  Московская школа с золотой медалью, участие ещё школьником в самых крутых тусовках (быть вхожим в 15 лет в редакцию всесоюзного радио, это чего-то да стоит). Доступ к информации, о котором я и мечтать не мог.
  Для меня мир начался с троек в душной и убогой советской школе на рабочей окраине, набитой Шолоховым и Горьким, с каких-то безумных "политинформаций", и напутствием "иди токарем работай, куда тебе ещё, больше ты нигде не нужен".
Но вот чем всё закончилось? Мой мир сам, без усилий с моей стороны стал меняться, становиться шире и светлей. Появились книги, которых раньше не было, появилась возможность заниматься тем, чем хочешь сам, а не тем, чем тебе скажут. Собственно говоря, с середины 80-х жизнь стала напоминать одержимого фокусника, который всё быстрее и быстрее вытаскивает из ниоткуда невозможные вещи. Не всегда они были приятными, но всегда интересными, иногда до остолбенения)). И могу сказать, это до сих пор так)) Единственное сожаление, мне 53 а не 23, и столько всего ещё хочется узнать и сделать...
А что же Быков?
Его мир становился душнее и уже, и заканчивается в убогой комнатке смешного "Эха Москвы" со старыми фотообоями, старым неприличным Венедиктовым, и никому не нужными быковскими книгами. Они напоминают памятники Ленину, их наплодили столько, натыкали на каждой площади, а их просто не замечают. Работая в редакции и общаясь с журналистами, публикой читающей, я ни разу не услышал, что бы кто-то не то чтобы обсуждал, а просто упоминал книги Быкова. Стихи "на злобу дня" - бывало, но вот книги... Обсуждали Пелевина и Акунина, Сорокина и Лукьяненко, да кого угодно, только не Быкова. Видимо читать книги Быкова, это как смотреть фильм "Матильда", и неприятно, и непонятно зачем, да ещё за свои же деньги.
Конечно, на век Быкова и читателей и почитателей хватит. Но все они давно собрались за одним столом, в радиорубке "Эха" с чаем и печеньками. С улицы давно никто не заходит, да и зачем, ведь за окнами только "..монстры, желающие уничтожить всех, кто не они.."  А жаль. С такими-то возможностями на старте...
"Ни богу свечка, ни чёрту кочерга". Это про Быкова. Не нужен Быкову Израиль, хотя и не Быков он вовсе, а Зильбертруд. Плевать он на Израиль хотел, не интересен он ему. Но и Россия, населённая монстрами, ему неинтересна и скушна. Можно ещё, используя свой интеллект как кочку, залезть на неё и оплёвывать прохожих. Забавно. Особенно, если прохожим деваться некуда, их к этой кочке сгоняют. А когда появляется выбор, и подходить перестают, картина мира рушится окончательно. И остаётся только одно:

Отрывки из Розанова.

"На готовеньком ". 

 — Так можно определить наше общество и ’’общественность”, — печать, литературу, — клубы, митинги. И все шумные протесты против ’’негодного правительства”. 

 ”Негодно”-то оно, пожалуй, и ’’негодно”: но было, однако, годно заготовить нам и завтраки, и хлеб, и шампанское, и чистые салфетки, и комнату для обсуждения ’’его недостатков”. И стоит теперь у двери и сторожит, чтобы кто не вошел и не помешал нам ’’обсуждать его недостатки”. 

 И вот я думаю, что оно действительно ’’негодно”: но мне как-то совестно это выговаривать вслух... 

 Если бы его ’’негодного” не было, какой-нибудь ницшеанец при выходе из комнаты ’’обсуждения” заехал бы мне в рыло ”по новой морали” пролетария, ссылаясь на дозволение Маркса, снял бы с меня шубу, жена, со ссылками на ’’свободу чувств”, уложила бы на одну кровать с собою и со мною — любовника; и подростки-гимназисты, говоря, что ’’завтра все равно — все сгорит”, зажгли бы сегодня мой дом, мою старую библиотеку; и, наконец, плату за мои статьи начал бы получать какой-нибудь ’’десятский”, ’’сотский” или ’’тысяцкий”, ссылаясь, что 1) никакого особенного таланта у меня нет, а 2) если бы даже и был талант, то он мне дан ’’средою”, и, следовательно, деньги за мою работу принадлежат не мне, а ’’среде”, которая взамен мне выдает ’’талоны” на получение общественных ’’завтраков”, ’’обедов” и ’’чаев”, довольно невкусных или, по крайней мере, ”не по моему вкусу”. 

Collapse )

451 градус по Фаренгейту

 

Сегодня, наконец, собрался выбросить ненужные уже книги. В массе своей это произведения так называемых "советских писателей", забивавших скорбные головы советских же трудящихся низкокачественной галиматьёй. Бесконечные "писатели-почвенники", описывающие сложный путь села от единоличных крестьянских хозяйств к прогрессивным колхозам, невнятные представители каких-то микроскопических народностей, вся задача которых состояла, да и теперь состоит, в иллюстрации тезиса: "СССР (а теперь Россия) - многонациональное государство". Мемуары ВОВ, имеющие к реальной истории второй мировой самое косвенное отношение. Псевдоклассика вроде "Поднятой целины" Шолохова.  Ну и многочисленное племя народившейся в СССР "еврейской интеллигенции" (куда ж без них), со звучными именами типа: Лев Лондон... Вся эта муть давно просилась на помойку, да эпизодически и выбрасывалась, но "окончательное решение литературного вопроса" наступило только теперь. И всё же я благодарен родителям, собравшим эти книги. Когда-то они составляли костяк нашей домашней библиотеки, настоящая литература терялась среди них. Но само обладание библиотекой, привычка перебирать книги, "рыться" в книжных полках, сделали меня человеком читающим, а со временем количество перешло в качество. 
Сейчас на моём мобильном, который я использую как ридер, как минимум ещё один книжный шкаф. Приобрести в бумажном виде из прочитанного планируется мизер. Думаю, увеличиваться в размерах бумажная библиотека больше не будет, а то и подсократится. Следующий шаг - составление электронного каталога.